Главная > 2-ая Испанская Лига > Arkham Horror: 2-ая Испанская Лига. Сценарий 4

Arkham Horror: 2-ая Испанская Лига. Сценарий 4

Представляю вашему вниманию четвёртый сценарий 2-ой Испанской лиги, который называется Из тьмы. В нём исследователям придётся не только сражаться с Древним и его приспешниками, но и противостоять армии живых мертвецов.

Сценарий 4. Из тьмы
(требуется: базовая игра, Kingsport Horror)

О моем друге Моргане Фишере я вспоминаю с содроганием. Ужас охватывает меня не только при мысли о его зловещем исчезновении, но и о тех необычных занятиях, которым он себя посвятил. История эта началась семнадцать лет назад, когда мы были студентами медицинского факультета Мискатоникского университета. Пока я находился рядом с Фишером, дьявольская изощренность его экспериментов завораживала меня, и я сделался его ближайшим помощником. Теперь же, когда он исчез, чары рассеялись, и меня неотступно терзает страх. Воспоминания и дурные предчувствия ужаснее любой действительности.

Первый кошмарный случай произошел вскоре после нашего знакомства – тогда он поверг меня в шок, даже теперь, вспоминая о нем, я трепещу от страха. Как я уже говорил, мы с Фишером учились на медицинском факультете, где он очень скоро приобрел известность, благодаря своим дерзким теориям о природе смерти и искусственных способах ее преодоления. Его взгляды, осмеянные профессурой и студентами, исходили из механистического понимания природы жизни. С помощью управляемой химической реакции Фишер надеялся вновь запустить механизм человеческого тела после того, как естественные процессы в нем угасли. В ходе своих экспериментов с различными оживляющими растворами он загубил несметное число кроликов, морских свинок, кошек, собак и обезьян, восстановив против себя весь факультет. Несколько раз ему удавалось обнаружить признаки жизни у предположительно мертвых животных, часто – несомненные признаки, однако очень скоро он понял, что совершенствование процесса потребует от него всей жизни. Он также понял, что один и тот же раствор по-разному действует на разные виды животных, поэтому в дальнейшем для проведения специальных опытов ему понадобятся человеческие трупы.

Я всегда терпимо относился к исследованиям Фишера и часто обсуждал с ним его теории со всеми их бесконечными следствиями и выводами. Мой друг считал, что успех искусственного оживления напрямую зависит от состояния тканей умершего: коль скоро разложение еще не началось, то с помощью верно подобранных средств сохранное тело можно вернуть в первоначальное состояние, называемое жизнью.

Вскоре после того, как Фишеру запретили пользоваться лабораторией, он сообщил мне о своем решении любыми путями отыскивать свежие трупы и тайно продолжать исследования. Поскольку обратиться в морги мы не могли, то прибегли к услугам двух местных негров, которым не задавали лишних вопросов.

Я был деятельным и преданным союзником Фишера и не только помогал добывать материал для его гнусных опытов, но и подыскал для них укромное место. Именно я вспомнил о заброшенном доме Чапмана за Мидоу-хилл. На первом этаже мы устроили операционную и лабораторию, завесив окна темными шторами, дабы скрыть наши полуночные занятия. Хотя дом стоял на отшибе, вдали от дороги, меры предосторожности не представлялись лишними: слухи о странных огнях, замеченных прохожими, могли бы положить конец нашим исследованиям. На случай расспросов мы условились называть нашу операционную химической лабораторией.

Избавляться от трупов было постоянной морокой. Даже крошечные тушки морских свинок, над которыми Фишер тайно экспериментировал у себя в комнате, доставляли нам массу хлопот.

Мы с жадностью вампиров изучали сообщения о смерти, поскольку для наших опытов годился не всякий покойник. Мы искали относительно свежий, не изуродованный болезнью труп, для сохранения которого не применялись искусственные средства. Пределом мечтаний для нас были жертвы несчастных случаев. Многие недели нам не удавалось найти ничего подходящего, хотя мы и наводили справки в морге и больнице якобы в интересах факультета. Но обращаться туда слишком часто мы не могли, так как боялись вызвать подозрения. Обнаружив, что право первого выбора принадлежит университету, мы с Фишером приняли решение остаться в Аркхэме на лето, когда там проводятся летние курсы. Наконец удача нам улыбнулась: в один прекрасный день нам подвернулся почти идеальный случай. Здоровый молодой рабочий, утонувший в пруду лишь прошлым утром, без лишних проволочек и бальзамирования был похоронен за счет города на кладбище для бедняков. Отыскав его свежую могилу, мы договорились вернуться к ней сразу после полуночи.

Раскапывать могилу оказалось делом тяжелым и грязным – впрочем, будь мы художниками, а не учеными, возможно, мы бы сумели усмотреть в нашей работе нечто завораживающее и поэтическое. Когда наши лопаты стукнулись о дерево, мы с облегчением вздохнули. Вскоре из-под земли показался сосновый гроб. Фишер спрыгнул вниз, снял крышку, вытащил труп и приподнял его. Я нагнулся над ямой, выволок труп, и мы вдвоем принялись торопливо забрасывать могилу землей, чтобы вернуть ей прежний вид. Нервы у нас были взвинчены до предела – не последнюю роль в этом сыграло окоченевшее тело и бесстрастное лицо нашей первой жертвы, – но мы сумели уничтожить все следы. Затем, упрятав наш трофей в холщовый мешок, мы поспешили к дому старого Чапмана за Мидоу-хилл.

На импровизированном секционном столе при свете яркой ацетиленовой лампы наш подопытный не слишком походил на привидение. Это был крепко сбитый и явно не слишком впечатлительный юноша с простонародной внешностью: русыми волосами, серыми глазами и грубыми чертами лица – сильное животное без психологических изысков, жизненные процессы которого наверняка отличались простотой и здоровьем. Теперь, с закрытыми глазами, он походил скорее на спящего, чем на мертвого, хотя внимательный осмотр, проведенный Фишером, не оставил на этот счет никаких сомнений.

Наконец-то нам удалось раздобыть то, о чем мой друг всегда мечтал: идеального мертвеца, готового принять раствор, специально приготовленный для человека в соответствии с самыми точными расчетами и теориями. Мы страшно волновались. Не рассчитывая на полный успех, мы опасались непредсказуемых последствий неполного оживления. Особенно нас беспокоило состояние мозга и психики испытуемого: за время, прошедшее с момента смерти, нежные клетки мозга могли пострадать. Я, со своей стороны, еще не совсем избавился от традиционных представлений о так называемой «душе» и чувствовал некоторый трепет при мысли о том, что вскоре, быть может, услышу повествование о тайнах загробного мира. Что видел в недоступных сферах этот мирно покоящийся юноша, что он расскажет нам, вернувшись к жизни? – думал я. Но эти размышления не слишком отягощали меня, ибо по большей части я разделял материализм своего друга, который держался гораздо увереннее меня. Он хладнокровно ввел в вену трупа изрядное количество заготовленной жидкости и крепко перебинтовал разрез.

Время тянулось мучительно долго, однако Фишер не терял самообладания. Он то и дело прикладывал стетоскоп к груди юноши и философски отмечал отсутствие признаков жизни. Спустя три четверти часа он с огорчением констатировал, что раствор не подействовал. Но прежде, чем расстаться с нашим зловещим трофеем, мой друг решил до конца использовать предоставившуюся возможность и испытать на трупе новый препарат. Еще днем мы выкопали в подвале могилу, рассчитывая до рассвета предать тело земле – хоть мы и запирали дверь на засов, но соблюдали все меры предосторожности, чтобы никто не обнаружил наших богомерзких занятий. К тому же, на следующую ночь труп уже не будет достаточно свежим. Поэтому, забрав единственную ацетиленовую лампу в соседнюю комнату, мы оставили нашего безмолвного гостя в темноте и спешно принялись готовить новый раствор, взвешивая и отмеряя нужные ингредиенты почти с фанатичной тщательностью.

Затем случилось нечто совершено непредвиденное. Я что-то переливал из одной пробирки в другую, а Фишер возился со спиртовкой, заменявшей газовую горелку, как вдруг из соседней темной комнаты послышались душераздирающие крики. Я не в силах описать эти адские звуки, от которых кровь стыла в жилах: словно сама преисподняя разверзлась, исторгнув стенания грешников. В чудовищной какофонии слились вселенский ужас и безысходное отчаяние. Человеческими эти вопли никак нельзя назвать – человек не способен издавать такие звуки. Забыв о наших честолюбивых планах, мы с Фишером, бросились к ближайшему окну, опрокидывая пробирки, реторты и лампу, и, словно раненые звери, ринулись в звездную пучину ночи. Наверное, мы сами истошно вопили, в ужасе мчась к городу, однако, достигнув окраин, опомнились и постарались взять себя в руки – с большим трудом нам это удалось, и вскоре мы уже могли сойти за гуляк, бредущих с ночной попойки.

Но вместо того, чтобы разойтись по домам, мы отправились к Фишеру, где прошептались всю ночь при свете газового рожка. К рассвету, перебрав в уме все рациональные теории и планы исследования, мы немного успокоились и проспали весь день – пропустив занятия. Однако вечером две заметки в газете, совершенно не связанные между собой, вновь лишили нас сна. По неизвестной причине заброшенный дом Чапмана сгорел дотла – это мы объяснили опрокинутой лампой. Кроме того, на кладбище для бедняков была совершена попытка осквернить свежую могилу: кто-то безуспешно пытался раскопать ее когтями. Этого мы понять не могли, потому что тщательно утрамбовали землю лопатой.

Все последние семнадцать лет Фишер то и дело оглядывался назад и жаловался мне, что слышит за спиной тихие шаги. А теперь он исчез.

Задание: Одержите победу в игре со смертью в рамках четвёртого сценария лиги Ужасов Аркхэма.

Подготовка к игре: Как обычно. Следуйте стандартным правилам Ужаса Аркхэма и Ужаса Кингспорта. Если начнется битва с Древним, вы должны использовать карты Эпической битвы (Epic Battle). Исследователи не могут пользоваться помощью Защитников и Геральдов.

Не забудьте про Три правила Второй Испанской Лиги Ужаса Аркхэма.

Исследователи: Вы можете использовать для игры только следующих исследователей: Фрэнсис Сэйлор (Francis Sailor), Уоррен Кулидж (Warren Coolidge),Бернард Навас (Bernard Navas), Пол Дж. Ред (Paul G. Red), Винсент Ли (Vincent Lee), Джо Даймонд (Joe Diamond), Мэнди Томпсон (Mandy Thompson), Боб Дженкинс (Bob Jenkins), Лили Чен (Lily Chen), Чарли Кейн (Charlie Kane).

Четыре первых исследователя вы найдете в материалах соответствующих сценариев (1 и 3) .

Дополнительные правила:

Реанимация

Монстры, побежденные в этом сценарии, кладутся лицом вниз на ту же локацию/улицу, и НЕ берутся в качестве трофеев. Вместо этого, Исследователь получает фишки улик, число которых равно уровню стойкости (toughness) монстра.

В конце фазы Мифа, все перевернутые монстры переворачиваются лицом вверх. Монстры, лежащие лицом вниз, не берутся во внимание при подсчете лимита монстров, и не считаются монстрами во время розыгрыша игровых эффектов. Исследователь может заходить на локацию или улицу с монстром, лежащим лицом вниз, и не должен проходить проверки на Увиливание или Бой.

Земля горшечника

В любой момент, когда Исследователь заканчивает движение на улице или локации с фишкой монстра, лежащего лицом вниз, он может потратить фишки улики, число которых равно уровню стойкости монстра (toughness), и взять монстра в качестве трофея.

Условия победы

Условия победы обычные, как описано в правилах базовой игры.

Дополнительные материалы:

Карточка сценария номер 4 Скачать (2.37 MB)

Использованы материалы:

www.boardgamegeek.com
www.edgeent.com

Реклама
  1. Февраль 13, 2012 в 11:32

    Это на фото что за гимнастика в псих лечебнице?

    • Февраль 13, 2012 в 19:10

      Сыщик разминается перед заданием 🙂

      • Февраль 22, 2012 в 20:38

        Я думаю не все так просто.
        Может его «повело» после сражения с каким-то мутным монстром

  2. Greta
    Февраль 13, 2012 в 22:42

    Спасибо за труд по переводу. Уф, когда только до второй доберёмся, первую запороли на 5 сценарии (играя по правилам второй) всё потеряно, что нажито непосильным трудом, «два магнитофона импортных, три шубы…» )))Есть мысли начать с начала, но у партийцев запал пропал, даже услышал стоны очень сложно, а давайте просто всех мочить, пресёк на корню сценарии на порядок динамичней игру делают… Вот такой вот вопрос возник по данному сценарию: бой как мы помним, идёт в фазе движения, а в конце фазы Мифа все перевернутые монстры переворачиваются лицом вверх, может случиться следующее в фазе мифа был «наплыв» мы выставили монстров, затем в конце перевернули тех, что ранее не шли в лимит и видим, что предел монстров в городе превышен, что тогда? Так же не до конца ясно с уликами за убийство, убили, взяли улику и тут же скинули по правилу «Земля горшечника» взяв монстра как трофей, так? Смысл огород городить?

    • Февраль 14, 2012 в 01:02

      Понимаю твоих друзей, у нас тоже временами опускались руки, правда мы один и тот же сценарий не могли пройти 7 раз 🙂

      По сценарию: монстры тут — хороший способ заработать много улик (если они сильные). В зависимости от ситуации возникает выбор, когда выгодно взять улики, а когда снять с доски монстра. При подсчёте лимита, монстры, которые только что были перевёрнуты во внимание не берутся.

  1. Февраль 14, 2012 в 11:19

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

This site uses Akismet to reduce spam. Learn how your comment data is processed.